чтиво

лев там, где сердце

би-2 - это, прежде всего, два очень занятых человека: шура (музыка, гитара, бэк-вокал) и лева (тексты, гитара, вокал). сейчас они трудятся на одной из московских студий, расположенной в премилой бревенчатой избушке с засиженным продюсерами диваном. и пока в соседнем помещении шура записывает гитару для кавер - версии песни в.цоя "кукушка", лева был отловлен и подвергнут пристрастному допросу обо всех приключениях и путешествиях.

ребята познакомились 1984 году в минском театре - студии "ронт". потом был сумасшедший музыканый проект, в котором состояло более дюжины человек. шоу было весьма театрализованное (на сцену вытаскивали гроб, из которого вылезал лева с костылями), а группа-припанкованная. да и выглядели ребята в ту пору несколько иначе.

лева: у меня были американские армейские ботинки, в которые я вместо шнурков вдел прополку, рваные штаны и рваная кожаная куртка с хвостиками. правда, на спине у меня было написано "police", а не "sex pistols". и шура такой же был.

потом лева зачем-то в институт культуры на факультет современного театра, а шура с родителями уехал в израиль. тогда много туда уезжали. а в 19 лет и сам туда перебрался, причем в одиночку.

лева: сначала я жил в киббуце, на севере, там были горы. и еще дожди шли: я зимой приехал. я оказался в одной комнате с двумя биробиджанскими евреями. один был здоровый -просто лось какой-то. он служил во внутренних войсках. а второй - противно хихикающий молодой человек. они рассказывали гадкие истории. днем я мыл посуду - столько ее перемыл, на всю жизнь! а по вечерам дрался с этими биробджанцами. у меня было разбито все. но я всегда считал, что даже если вечером тебя побили, то утром все равно не надо менять свою точку зрения.

вскоре я понял, что мне здоровья на киббуцную жизнь не хватит. и ушел пешком в ближайший город - бейт шан. иду, а все кругом странное, незнакомое. и сидит там мой старый приятель из минска - телегин: это он когда-то вытащил меня впервые на сцену. я так обрадовался, что тут же собрал свои документы из киббуца и вместе с телегиным снял квартиру в этом бейт шане. причем за какие-то очень маленькие деньги и в центре города.

мы исходили весь город. есть так такой холмик с деревом, мне сказали, что это - дерево, на котором повесился иуда.

корр.: следовательно, дереву 2000 лет…

лева: вторая версия, что это - дерево, у которого снимался фильм "jesus christ superstar". и то, и другое - брехня. а людей почему-то очень привлекает образ иуды. они все подходят к этому дереву, трогают его.

я проработал несколько дней на бейт-шанской куриной фабрике. стоял целыми днями с большим брандспойтом.

корр.: мыл кур?

лева: нет, отмывал клетки от помета. а там такой напор, что если направить струю в пол, на нее можно опереться. кончилось тем, что мне это надоело, и я поехал к шуре а ашдод, где жил с ним и его родителями около полугода.

корр.: ты быстро выучил язык?

лева: на самом деле по-настоящему язык я цапнул уже после армии. израильской. я от нее косил до последнего момента. меня забрали в 23 года. понятно, что со мной служили 18-летние ребята. и стыдно было: их гоняют, а ты такой взрослый, и тебя тоже гоняют. сначала я попал на курсы снайперов, и мне светило полгода боевой подготовки. но через полтора месяца я косанул через кабана (систему проверки душевного здоровья. - прим. корр.) и получил распределение в иерусалим, где с оружием сопровождал автобусы и т.п. я снимал квартиру, а часть стоимости оплачивала армия.

то ли к счастью, то ли к несчастью, однажды я что-то нарисовал, и меня заставили делать что-то вроде стен газеты. база, на которой я служил, занималась образовательными программами. поговорив с полковником базы, мы переделали всю систему образования: придумали очень серьезную программу, когда все уроки превращались в представление. армия выделила деньги, - мы получили огромное количество компьютеров, и шел разговор о том, что каждая база придумает какие-то свои разработки. оказалось, только я это и сделал. и полковник на этой моей идее очень хорошо выехал: получил повышение.

после армии я работал графиком, и очень неплохо зарабатывал. если учесть, что я тогда развелся с женой…

корр.: мало того, что ты успел жениться, так еще и развестись умудрился! (в израиле такие чудесные законы, что развестись труднее, чем научиться бегать на руках. - прим. корр.)

лева: мы не регистрировались официально, но я прожил с этой женщиной четыре года. у меня с ней до сих пор очень теплые отношения. просто мы оба повзрослели : когда в 19 лет женишься, всегда есть риск, что вы превратитесь в разных людей. так и случилось.

корр.: а что это за история о том, как ты работал сторожем моря?

лева: я работал на берегу моря сторожем на стройке…в какой-то момент я даже думал, что вообще никогда больше не буду заниматься музыкой. а первые два года был сплошной ужас и бесконечный бред, как и любая эмиграция, несмотря не то, что я ко всему как-то легко относился.

корр.: и как на тебе все это отразилось?

лева: в израиле пришлось очень быстро повзрослеть. я понимаю, что я - достаточно везучий человек, но надеяться на это мне не хочется. наверное, надо как-то помогать судьбе.

вскоре лева снова остался один: шура в израиле выдержал года два, после чего стремительно свалил в австралию. просто купил билет и улетел. после длительной переписки - перезвонки, в процессе которой би-2 обменивались творчеством (лева посылал тексты, а шура музыку), шуре удалось-таки заманить друга в еще одну заграницу.

лева: у меня уже были готовы песни, а шурик к тому времени уже переиграл с целой кучей команд, и был своим человеком в рок - кругах. меня он ввел туда просто:" вот он будет играть в этой группе на гитаре". а я пять лет не держал в руках инструмент!

корр.: и на что ты жил в австралии?

лева: буквально через полмесяца я уже работал, и зарабатывал неплохие деньги. маляркой занимался. а месяца через два я набрал свою бригаду и делал ремонт в квартирах…

корр.: на что похожа австралия?

лева: на блин.

корр.: это - все впечатление?

лева: первое время я пребывал в легком шоке. природа - очень красивая. если отъехать километров двадцать от города, кажется, что попал на другую планету. возможно , из-за какой-то разреженности воздуха совершенно другой цвет неба. как на снимках: небо ярче, синее, горы выпуклее. континент совсем особенный. например, я был в африке (у меня там отец преподавал в университете), так там все как-то намного спокойнее. в австралии есть одна прибрежная деревня долгожителей. туда постоянно приплывают суда из азии - китайцы, вьетнамцы. когда они бежали от коммунистического строя, к ним относились достаточно спокойно, но потом австралия ужесточила законы, и люди стали перебираться нелегально. и вот однажды учинили перепись населения, и выяснилось - одному 160 лет, другому - 180. оказалось, что, когда человек умирал, паспорт передавали другому - тому, кто нелегально попал в страну. еще там полно заброшенных городов. долгое время австралийцы пытались осваивать западное побережье, но оказалось, что там, кроме джунглей непролазных и проблем с водой, ничего нет - в том числе и никаких полезных ископаемых. а потом выяснилось, что никакого смысла в этих городах нет.

земля очень дешевая, ее очень много. метро там наземное: нет смысла его прятать. город может быть по площади раза в три больше, чем москва, а по населению - раза в три меньше.

корр.: а как тебе австралийские звери?

лева: я не люблю зоопарки, но в один меня все-таки затащили. вечер, вокруг никого. я пытался отодрать коалу от дерева и сфотографироваться с ней. животное (очень смешное, с испуганными глазками) урчало в руках, запускало в меня когти - достаточно большие. потом мне объяснили, что я натворил: у коалы очень нежное сердце. коала может испугаться и умереть.

очень много змей ядовитых. и попугаев много. там, где я жил, попугаи были белые.

корр.: говорящие?

лева: если они и говорят, то на каком-то непонятном языке. помимо выходцев из ангилии, в австралии живут вьетнамцы, китайцы, корейцы, греки, итальянцы…

корр.: а как насчет аборигенов?

лева: жизнь аборигенов очень сильно потрепала. власти устраивали на них ставили. многие оторваны от семей. у них пособия, но они не привыкли работать. хотя я знаю аборигенов, которые преподают в университете…

звуки за стенкой становятся громче и настойчивей. лева поглядывает на дверь: ему явно пора подключаться к работе.

корр.: как тебе живется на здешних студиях?

лева: я попросил чаю, мне сказали - у нас свой есть, а ты сходи - себе купи. я купил, а его теперь пьют все.

корр.: это называется "шутка".

лева: это называется "я на родину вернулся"

корр.: а если сравнить здешние студии с тамошними?

беззвучно изображает слово на букву "г".

корр.: а в чем разница?

лева: чтобы быть звукооператором, нужно не только любить это дело, но и понимать природу звука. ремесленничество не годится. для всего нужна какая-то определенная история. то есть мы с тобой встречаемся, и у нас получается история. вот мы с тобой делаем интервью, и для этого есть какие-то определенные точки соприкосновения. допустим, общий интерес или что-то еще. здесь же этого нет. люди просто нажимают на кнопки. вторая проблема - организация. часто люди даже не знают, что куда включить. наш третий опыт привел к тому, что мы решили следующий альбом записывать в австралии. в январе мы туда отправляемся.

за скоропостижным допиванием вышеупомянутого чая выясняется, что лева любит свежие впечатления, а так же считает себя пессимистом и циником. он уверен, что нужно всегда следить за своей речью, и что, если бы я была, к примеру, прорабом со стройки, он разговаривал бы со мной точно так же. в общественных местах, особенно в метро, "би-2йцев" узнают всегда - если они вместе, и не всегда, если по отдельности. лева читает все письма поклонниц. на улице ему часто суют клочки бумажек со своими телефонами почему-то просят поспешествовать на творческом пути. он эти бумажки, к сожалению, периодически теряет. а в "би-2йских" записных книжках напротив каждого телефона записано, при каких обстоятельствах и где познакомились, иначе всех запомнить невозможно. задаю последний наболевший вопрос:

корр.: какие тебе нравятся девушки?

лева: мне нравятся все девушки.

p.s. лев на иврите означает "сердце".