солнечная сторона

заранее прошу прощения у всех названных несправедливо наспех или невпопад.

тарелка городского радиовещания на столбе у колонки напротив базара где безногий капитан прошлой войны у входа с непонятными песнями запах турецкой сирени одурь жасмина и зримое присутствие тихой вселенской радости в облике вечно подвыпившей улыбки отца… ленька холлом 10 средняя школа вырванные страницы дневника очередь за керосином отцовские голуби в сарае и постоянные кражи их судомодельный кружок и прохождение в морской форме на парадах хоз.маг на базаре с обилием новых запахов редкие мелкие деньги радио про все на свете и нереальный зеленый глаз лампового приемника главная улица и массовые гуляния по субботним вечерам кражи с прилавков ларьков детских игрушек монумент танка бахарева бастионы военной крепости времен екатерины с замурованными подземными переходами генка клим… вовка ефременко… его мать тетя надя. злобная бабка маруся ее муж бывший мент. саня семенчук… валик михальцов оставшийся в последствии в армии на сверх срочную и внезапно умерший первым из нас фильм гусарская баллада походы к соседям на участие в просмотре телевизора и еще… мокрые глаза нашей учительницы когда нас принимали в пионеры сын полка… улица младшего сына… еще что-то обязательное про староверов собака найда… генка сакович… тир по дороге в школу первомайская демонстрация константин антонович… вкус шелковицы в школьном саду рыбалка с отцом и первый опыт опасной близости смерти. семка канторович и все его братья великолепная семерка в кинотеатре мир вместо школы елена филлиповна и ее вишневая настойка беспечные летние вечера пронизанные негромким звучанием вселенной… ощущение свежести и чистоты мира неявное присутствие матери в каждый бесконтрольный момент жизни семья янушевских переезд в новый микрорайон тяжелая болезнь отца друзья сестры озеро за домом… шаманка… кет… бэбси… бесконечные партии в храпа буру и трынку чувство собственной незначительности вера в существование правильностей и интуитивное не желание этого рей чарльз звездные братья смерть отца глобальный ожег пустоты тихая бесконечная война матери за выживание шура важник… сын вдовы первый кто дрался за меня яшка берлин… луиза соболевская… футбол где только можно нереально другой дядя айзик и его сумасшедшая жена сара в старом доме напротив пролетарки новый друг гарик… вовка бодрый…костлявый его братья келт и витчик непонятный битлз на пленке саши серебрянникова опять футбол фенимор купер и непередаваемый уют частного дома тети баси с тяжелой старинной мебелью тренер владимир кириллович… станиш… прокоп… будяк на воротах и грыня на правом фланге защиты техникум высоцкий… порвали парус уроки игры на семиструнной гитаре у приблатненного жоры ларионова.\ как объяснить, что физические колебания воздуха вернее их последовательность, могут изменить в твоей жизни все и навсегда \ питкин в тылу врага трошин… миансарова… хиль… фотографии битлз… манкиз стиляга вовка дашкель… октябрьская демонстрация первые репетиции с толей беляковым и боцманом драка на катке в детском парке техникум. учеба быть благодарным ежедневные километровые походы до автобуса через старый район бойни витька шидловский пожизненный сосед по парте во все равно каком пиджаке со следами перхоти ванька жуков учительница истории вызывающая непонятные чувственные переживания. серега шамало…гена болутенко… костя малютин… мокрый снег… первые системные репетиции и первые выступления все еще футбол. свадьба сестры в кафе дружба возле парка автобус 39 билет 4 копейки. яшка эпштейн… валера щербич… фимка шкляр… витька ефимов производственная практика на рти. жестянщик женька фимцев игра на танцах на блатном форштадте… нередкие драки покупка орфея бас скрипочки у кондрусевича в минске изредка футбол первая сигарета рождение племянника дружба с серегой шамало слава богу диплом… червоны гитары... трубадуры… песняры… эбби роуд… кеша вакулюк с двенадцатистрункой и губной гармоникой первый самодельный хит песен протеста леннон с имеджен… шисгарэ… кристи на сопоти… эрик клаптон… ремарк…харрисон с май свит лорд…история любви френсиса лея…хиппи. кришна. вудсток. хендрикс… армия. особый батальон охраны в.ч.95501 москва. власиха. пожары торфяника. плохое питание. новые друзья…воха козлов… витька шеверов-новобелица саня холопенко - гомель… женька асанов… слава савенко… сержант рябов. первое горькое разочарование в собственной национальной ненормальности. мат. постоянная жадность в еде. продажность. лицемерное офицерье. самострелы в карауле и на посту. отпуск домой. губа. сержант убийца в соседней камере. вызов матери на предмет моей предполагаемой антисоветскости… пронесло дембель жизнь в ожидании чуда юрий антонов…джагер с энжей… клаптон с шерифом… жорж санд виктория токарева франсуаза саган… ян гилан случайный все еще футбол серега шамало… вовка голубь и кеша вместе с утра до ночи огромные глаза, а все остальное потом. это света. абрамзон. шабашка в казахстане с чеченцами фильм ромео и джульетта шура дубровский с баглаем на музимах шинный комбинат общага актовый зал ротань… вовка голубь серега шамало. мы делаем первую программу на конкурс из самопалов беспризорные пьянки в лесу щатково с непостижимым облаком в штанах и неземным спиранским слова проникают прямо вовнутрь минуя органы контроля делая нас совсем другими. свадьбы, танцы, концерты все деньги в аппаратуру мы хотим играть взаправду никакого футбола самопалы фендера из одессы голосовая из питера пульт ваньки ключника поют ольга и ротань моя свадьба жизнь в отдельной квартире книги по истории театра жизнь после знакомства со шкловским. вандер… пол маккартни… вино старый замок. сима… володя чмиль и пинк флойд футбол забыт рождение дочери вялые контакты с действительностью не понимание порядка осмысленностей и первая по настоящему классная тема - лола ротаня коля закусило носитель музыкального интеллекта зарытого до поры бытом степа сидорук преданный и надежный. генка пелемень на барабанах и ощущение дождя как определенного вида эмоции, имя которой одинокость бесконечное курение с чаем у симы снова дождь и книги колхоз рассвет… деревня тейковичи кировского р - на. мы работаем в ресторане колхоза и делаем первую программу своих песен это ротань мы все еще не знаем своих возможностей и идем во все стороны одновременно мы все еще хотим быть вместе и нам нравится это. джинсы за 180 р. скудный семейный бюджет разговоры об определенности постоянное ощущение присутствия дождя. крепкий чай с сигаретой деревня музыка тексты и дождь… и еще пинк флойд… и еще небо над головой такое незаметное и бесконечно одинокое… опять чай сигареты … орловская филармония… мимо… сима спасает… и мы в костромской. концерты по области случайный репертуар никакой уровень исполнения… снег… лес… чай… книги… сигареты… автобусы…. концерты… и интуитивное ожидание дождя. холодный запах снега… ссора с серегой знакомство и работа с сашей резником и витькой никишиным настоящий фендер стратокастер и настоящая игра на нем. юрка хмырь на клавишах сдали на маршрут по большим городам получили отделение своих песен смерть брежнева тоскливо плохой звук работать мотивации никакой… все рухнуло…стинг… дженесис… деар страйз снова деревня ресторан прободная язва деньги на фирменный аппарат… сима… чай… сигареты и дождь… и еще виталий борковский и его бесконечное человеческое обаяние музыка к его спектаклю все чаще бесконтрольное спиртное все чаще реанимация вечных разочарований все чаще сигареты одинокости под дождем маркеса… борхес мольро… шкловский… а ким …мережковский… камю… вадим сажин на клавишах… серега мороз оператором. делаем альбом в новой волне. почти все темы поет ольга. на барабанах димка гозенпуд. в перерывах пиво на держинке с племянником его вопросы его друзья его проекты. дженесис… перестройка... пинк флойд рождение второй дочери. усталость и алкогольное смирение витька калюта… артур и леша из прибалтики… на клавишах рафик и санька старобинец… потом саша рыбкин. тина тернер… французкий связной и чай у пипа… человека всех заглавных событий почти на излете - медленная звезда… идущий по самому краю… геша на клавишах саня григорьев на гитаре до конца его красивой и такой короткой жизни. рядом санька с его смешной влюбленностью во все это… все… что останется со мною навсегда и никогда и никому не пригодится. историю осталось дописать. совсем немного. саня резник витька никишин и я. у нас студия солнечная сторона. мы собираемся сделать это.

слишком поздно, что бы можно было сказать - давай завтра, мне надо подумать. понимаешь, … слишком поздно. и снова вернуться ни с чем на этот угол невнятных воспоминаний вторника забытого под дождем, задолго до прихода попарного одиночества напрасной осени. снова разучивать имена, произнесенные в долг по просьбе вероятного признака услышанного наспех еще одного вопроса - зачем…

когда однажды, впервые пришлось уйти, придумывая по дороге нечаянную возможность спрятанного от измен, хотелось все той же преданности увиденного сердцем. хотелось остаться, за возможность попросить вслепую… я знаю этот телефонный холод забытого до рассвета на одном и том же падеже сознания. я признаю пропуски замен нечетных отговорок спасающих некстати пустоту медленных зеркал ожидания отполированную ее глазами, открытыми по привычке. слишком поздно, что бы найти во сне потерянное в небе… вот в чем дело… если тебе не все равно.

твоя любовь могла бы быть ошибкой
и жизнь, сейчас и здесь короче взгляда
душе замерзнуть нанятой улыбкой
пустой конверт без адреса и даты

твои глаза могли бы быть моими
и видеть срок обиженного неба
и эти дни про жизнь всегда другими
ценою в голод на исходе хлеба

твои слова могли бы быть живыми
в режиме веры преданной годами
там где молчанье делает немыми
в чужих руках охотников за снами

спроси у них, зачем я просыпаюсь
излюбленным врагом по одному
и в этой строчке прячась, помещаюсь
в день покаяния похожий на войну

спроси у них про сон, покрытый пылью
блуждающий по близости поющих
кого поднимут в небо эти крылья
рассеянною грустью предыдущих


один и тот же среди ночи
в унылом месте
чужой молитвой в пару строчек
в забытом тексте
в унылом месте дни и ночи
боится тихо
больная боль любви короче
глазами психа
одни и те же дни и ночи
воды и хлеба
к земле привязанный, но хочет
обратно в небо
один и тот же среди прочих
идущий краем
в пределах мира быть не хочет
да и не знает
один и тот же среди ночи
чужих порогов
чужой молитвой в пару строчек
лишенных бога
в унылом месте дни и ночи
размером стиха
больная боль любви короче
боится тихо


забытый всеми, там, где дождь идет
где города одетые в шинели
мой друг, который знает что умрет
и женщина, которая не верит

совсем не сразу здесь издалека
когда над миром ночь сомкнет ресницы
я понимал, что больше никогда
ни встретиться, ни просто созвониться

случайный взгляд по линии дождя
след пепла сигареты на странице
то, что останется со мною навсегда
и никогда и ни кому не пригодится

забытый всеми, там, где дождь идет
где без причины хочется напиться
мой друг, который знает что умрет
и женщина, которая боится


игра в слова игра с огнем за годом год и день за днем,
и ночью то же
что бы, в конце концов, сказать - зачем, ну что ты можешь знать,
ну что ты можешь

полуподвальные моря, там, где бросают якоря
у телефона
наверно так должно и быть, и, просто начинаешь жить -
забытый дома

как заблудившийся во сне, который год лицо к стене
в постели с тенью
и то, что есть, не даст мне встать, но с этим можно подождать
до воскресенья

порядок чисел неземной свидетель неба надо мной
случайно вроде
уже не вспомнить, не забыть осталось только докурить
и мы уходим


не для кого, видимый свет
не для кого, небо без края
не для кого, нас больше нет
падает снег, все заметая

не для кого богом забыт
которого нет, идущий по краю
не для кого, время стоит, падает снег
и медленно тает

падает снег, все замело
падает снег, не переставая
выхода нет, и выходишь в окно
выбора нет, я это знаю


… и вот еще что - …то о чем так и не сумел сказать… то, чего всегда не хватает…

© www.bdva.ru